Уже в декабре российские туристы в Финляндии смогут оплачивать покупки в местных супермаркетах рублями. О таких планах объявили владельцы крупных торговых сетей на юго-востоке страны, сообщили финские СМИ.

А неделю назад банкам Сербии разрешили продавать и покупать наши рубли на внутреннем рынке. Кто может вслед за Финляндией позволить россиянам платить в магазинах рублями? Чем для нас интересен опыт Сербии? Об этом, а также о перспективах рубля как мировой резервной валюты, о прогнозах по курсам евро и доллара на следующий год и о том, куда вкладывать свои сбережения, «Российской газете» рассказал председатель правления Национальной валютной ассоциации Дмитрий Пискулов.

Дмитрий Юрьевич, как вы думаете, почему финны пришли к такому решению. И чего здесь больше: политики или экономики?

Дмитрий Пискулов: Еще с советских времен финская экономика довольно сильно ориентирована на нашу страну. Примечательно, что в отличие от других европейских стран для Финляндии второй по важности валютой после интернационального евро является российский рубль.

Торговля в рублях там развивается, потому что мы имеем обширную границу между нашими странами, и многие россияне, особенно из Санкт-Петербурга и соседних регионов, часто ездят в Финляндию за покупками,развиты поездки выходного дня, многие имеют там недвижимость. Финская экономика из-за кризиса пребывает не в самом лучшем состоянии. Щедрые российские покупатели — это естественное конкурентное преимущество. И крупные торговые сети для стимулирования продаж приняли коммерческое решение, чтобы наши соотечественники могли расплачиваться наличными рублями.

Не думаю, что подобные вещи обсуждались на межгосударственном уровне, дело в частных торговых сетях, желающих увеличить продажи в новогодний сезон. Обычно платят карточками, но если это даже наличные рубли, которыми расплатится наш соотечественник, то с ними проблем возникнуть не должно- они могут ее инкассировать на свой рублевый счет и конвертировать в евро. Думаю, что ценники при этом останутся в евро, а каждый магазин установит свой курс обмена рублей в евро, по которому на кассе можно будет расплатиться рублями. Однако мой совет все же — не возить наличные, а иметь банковскую карту, на которой лежат рубли, во всем мире это давно наиболее удобная форма оплаты.

А может ли пример Финляндии оказаться заразительным и для других стран?

Дмитрий Пискулов: Думаю, повторение финской инициативы маловероятно в других странах Европы. В некотором роде, финский пример уникален. Но допустим, что-то похожее могли бы сделать Украина и Белоруссия. В Армении, кстати, во многих местах можно платить рублями, их там охотно принимают, также как и в Таджикистане. Однако это все-таки единичные случаи, любая страна, проводящая суверенную денежную политику, предпочитает иметь для расчетов внутри страны собственную валюту.

Сегодня уже во многих странах (в том числе в Западной Европе, в основных курортных зонах, например, в Таиланде) наши рубли можно поменять на местную валюту через обменные пункты. Еще лет десять назад такое было редкостью. Рубль шагает в светлое будущее. Но в местных магазинах вы рублями, конечно, не расплатитесь. А в будущем, думаю, когда люди привыкнут к электронным деньгам и роль наличных существенно снизится, человеку будет уже все равно, в какой валюте ценники. Вы платите картой, а конвертация будет осуществляться банком.

В последнее время к рублю проявила особый интерес еще и Сербия…

Дмитрий Пискулов: Да, в начале октября было принято решение Национального банка Сербии о включении рубля в список валют, которые банки могут продавать и покупать на внутреннем валютном рынке. Технически это стало возможным уже с 22 октября. Но еще раз хотел бы отметить, что внутри страны российский рубль для внутренних платежей использоваться не будет.

Конечно, это решение — признание факта все большего участия России во внешнем товарообороте с Сербией. Как и с другими странами, с Сербией мы торгуем в долларах и евро, а теперь можем торговать и в рублях. Кроме того, это и признание особых отношений в беспошлинной торговле, а также наличия крупных инвестиций крупных российских компаний в сербскую экономику.

В данный момент особой экономической выгоды для Сербии от принятого решения нет, для ее рынка рубль это уже 17-я иностранная валюта. А для России — это, несомненно, один из маленьких шагов, направленных на расширение сферы использования рубля во внешнеторговых расчетах с нашими партнерами.

Нашу валюту сейчас можно назвать «сильной»?

Дмитрий Пискулов: Смотря о чем говорить. Валюта — это не боксер на ринге. Уместнее говорить о надежности и стабильности. Если о курсе рубля, то он колеблется по отношению к другим валютам. Это нормальное «плавание», жесткой фиксации курса нет.

Свою курсовую политику Банк России определяет по отношению к бивалютной корзине из доллара и евро. Стабилен ли рубль к корзине? За последние три года мы наблюдали волатильность курса рубля в пределах 12-14 процентов, что относительно немного. Политика Центрального банка такова, что курс рубля к корзине на протяжении нескольких лет колеблется вокруг центральной линии в 35 рублей, что говорит об определенной стабильности. Думаю, и в среднесрочной перспективе рубль будет стабилен.

А вообще, в долгосрочной перспективе рубль имеет тенденцию к укреплению благодаря позитивному торговому балансу и постоянному притоку валютной выручки от экспорта. Что типично для всех экономик, ориентированных на экспорт (Китай, Япония, Австралия). Кстати, стабильность курса, а также некоторый рост его реального значения (т.е. укрепление) является одной из предпосылок для валюты-кандидата на роль резервной.

И каковы же у рубля шансы стать такой валютой?

Дмитрий Пискулов: Говоря о резервной валюте, давайте разделим термины. Международная валюта как средство платежа, расчетов. И валюта как средство сбережений для правительств и центральных банков – собственно резервная валюта.

Процесс использования рубля как расчетной валюты в других странах шел по-разному. Например, в СНГ процесс идет давно. Сегодня мы, в принципе, можем уже констатировать, что рубль становится региональной платежной валютой, поскольку в торговле между Россией и странами СНГ он используется наравне с долларом.

А вот у китайского юаня, кстати, лет через двадцать есть все шансы стать после доллара второй по значению мировой резервной валютой.

Правда, в мировых резервах стран доля рубля и юаня пока существенно меньше 0,1 процента. Вообще, в вопросе предпочтения валюты для накопления резервов имеет значение еще и психологический момент, сила традиции и инерционного мышления. Доллар, несмотря на падение его покупательной способности, мировой резервной валютой быть пока не перестал. Американская валюта была признана резервной еще в 1944 году, это было политическое решение, награждение победителя в войне. После Второй мировой войны доля США в мировом ВВП составляла 45 процентов. Сейчас она опустилась до 21 процента. Но при этом текущая доля доллара в мировых резервах по-прежнему велика — 62 процента. А вот доля Китая в мировом ВВП растет. Сегодня это уже более 10 процентов. Но юаня в мировых резервах, как я уже сказал, практически нет, в том числе потому, что Китай имел сильные валютные ограничения, которые снимает только сегодня. За последние годы Китай развивает торговлю в национальных валютах с торговыми партнерами для исключения долларов США, например с Россией, Бразилией, странами АСЕАН, Белоруссией, африканскими странами.

То есть пока мы видим перекос в сторону валюты США как международного расчетного средства, и это давно сложившаяся традиция. Однако, доля валют тех стран, которые являются крупными мировыми экономиками и представляют существенную долю в международной торговле, будет расти. И процесс уже не остановить. Это относится не только к юаню, но и к рублю.

Какие конкретно шаги необходимо предпринять для продвижения рубля как международной платежной и резервной валюты?

Дмитрий Пискулов: Чтобы продвигать рубль как валюты платежа по внешнеторговым операциям, должна быть создана система стимулов для бизнеса, чтобы и отечественные и зарубежные предприятия – экспортеры и импортеры — согласны были бы использовать при расчетах рубль, указывали бы рубль в качестве валюты внешних контрактов. На госпредприятиях это, наверное, будет легче сделать. И когда доля импорта-экспорта выраженного в рублях будет расти, они будут накапливаться на банковских счетах иностранных контрагентов, то будет расти и значение рубля как международного средства для расчетов. И многие меры уже принимаются на уровне правительства.

Но я думаю, должна быть создана государственная межведомственная программа по продвижению рубля как средства международных расчетов. То есть должен быть создан многоуровневый план, состоящий из определенного числа пунктов для реализации различными государственными органами — минфином, минэкономразвития, Центральным банком. Есть ощущение, что такой единой программы, к сожалению, у нас пока нет.

А что нам даст, если рубль станет резервной валютой?

Дмитрий Пискулов: Дело того стоит. Страна, чья валюта является международным средством платежа, имеет явные экономические выгоды. Она может напечатать свои деньги и купить на них дополнительные промышленные и потребительские товары по всему миру. Если рубль реально достигнет статуса одной из ключевых валют мира, то это в итоге приведет к повышению богатства страны, росту уровня жизни населения, в том числе через рост зарплат и пенсий. Расширится линейка продуктов, возрастет насыщенность рынка товарами и услугами. Плюс будет обеспечена высокая ценовая конкуренция, поставщики будут бороться за рынок, и цены в итоге будут ниже чем в других странах. Посмотрите на США, они это используют в полной мере.

И как будет вести себя рубль в следующем году?

Дмитрий Пискулов: Все зависит от мировых цен на сырье, притока и оттока иностранного капитала. В принципе, в ситуации возобновления мирового промышленного цикла, мы могли бы ожидать, что при сохранении нынешних цен на нефть рубль будет укрепляться.

К концу 2013 года, при условии восстановления мировой экономики, по отношению к корзине курс рубля к корзине может повышаться и двигаться в сторону 32 рублей. К доллару в такой ситуации курс будет порядка 29 рублей, к евро — 38 рублей.

Однако хотел бы отметить, что нашим гражданам было бы правильно не акцентироваться все внимание на курсовой динамике. Понятно, что она имеет большое значение и это традиционное наше состояние – следить за курсом, особенно с 90-х годов. Но значение валютного курса оказывает влияние на национальную экономику меньшее, нежели процентные ставки, которые повсюду. Для России это все более и более актуально. И в этом плане переход Центробанка к таргетированию инфляции и управлению процентными ставками абсолютно правильный. Он, таким образом, хочет сказать, что колебания курсов должны беспокоить только экспортеров и импортеров. А вот уровень цены кредита и процентной ставки должен волновать наших граждан сильнее.

Но «слежка» за курсовой динамикой служит ориентиром для сбережений. Куда бы вы посоветовали вложить деньги сейчас?

Дмитрий Пискулов: Безрисковое вложение — это, конечно, депозит в банке. Здесь будет получен гарантированный доход. Конечно, в финансовые инструменты (например, акции) вкладывать иногда более выгодно, но надо угадать, когда начнется рост. Для этого требуется хорошая финансовая грамотность. А вообще выгоднее всего вкладывать деньги в свое дело. В своем бизнесе норма доходности, как правило, будет выше банковского депозита. Правда, рисков у такого вида вложений тоже много.